Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

Русская евгеника. Общие замечания

На протяжении десятилетий советского периода о евгенике было принято говорить как о реакционной лженауке, причем именно буржуазного характера. Естественно, что никакого критического осмысления официальная марксистско-ленинская трактовка науки не предполагала, и уж совершенно обходила сам факт существования русской школы евгеники и ее расцвета в условиях пролетарского государства, причем с высшей санкции партийного руководства.

Без изучения русской евгеники общий контекст развития нового типа мировоззрения, багажом которого в значительной степени мы пользуемся сегодня, будет неполным. Именно в начале ХХ века человек стал пониматься как всесторонне интегрированная система взаимопроникающих биологически наследуемых признаков и социальных предпочтений. К чести русских ученых, нужно сказать, что они сумели внести значительный вклад в создание естественнонаучной картины мира и в этом ключевом вопросе. Здесь, как и в других областях русской культурной жизни, всё было весьма разнообразно и не так однозначно, как нам это силятся показать «политкорректные» историки науки.

Выделение евгеники в самостоятельную науку принято связывать с именем выдающегося английского ученого Сэра Фрэнсиса Гальтона (1822-1911), двоюродного брата Чарльза Дарвина. Сам термин «евгеника» происходит от греческих слов «eu» – «благо» и «genos» – «род» и означает науку об исследовании возможностей улучшения человеческой природы.

Приоритет английского ученого в данной области сегодня никем не оспаривается. Но, если взглянуть на проблему шире, а именно: с мировоззренческой точки зрения и в контексте развития культуры в целом, – то мы без труда обнаружим, что евгенические тенденции были присущи человеческим сообществам на всех стадиях существования. Рекомендациями по поводу выбора супругов с целью улучшения и прогнозирования наследственности полны многие древние летописные источники, такие как Ветхий Завет и зороастрийская «Авеста».



Collapse )

Русская евгеника. Основные представители


Василий Маркович Флоринский (1834-1899)

В принципе, его и следует считать основоположником евгеники. В. М. Флоринский – это яркий пример успешного государственного деятеля, одновременно реформатора науки и талантливого администратора в системе образования, укреплявшего своей подвижнической деятельностью авторитет монаршей власти. Он сделал очень много для завоевания отечественной наукой академического государственного и международного статуса.

Среди фундаментальных сочинений Флоринского нас в большей степени привлекает его работа с характерным названием «Усовершенствование и вырождение человеческого рода», вышедшая в 1865 году. В самом начале автор подчеркивал, что «корень народного здоровья – гигиена бракосочетания». Это четкая постановка проблемы, характерная для евгеники как самостоятельной науки, но сформулированная русским ученым на несколько десятилетий раньше массового развития «евгенического движения».

Collapse )

Нобелевский лауреат о неравенстве рас



«Я отдал свою жизнь, пытаясь облегчить страдания Африки. Белые люди, живущие здесь как я, должны осознать и запомнить одно - эти индивидуумы под-раса. У них никогда не было ни умственных, ни эмоциональных способностей к равенству с белыми ни в каких функциях нашей цивилизации.

Я отдал жизнь, пытаясь привнести им преимущества нашей цивилизации, но я полностью осознал, что мы должны сохранить их статус: они низшие. Когда бы белый человек не хотел жить среди них на равных, они всегда уничтожат его. И они уничтожат весь его труд.

Пусть любой белый, собирающийся в Африку запомнит, что необходимо постоянно сохранять их статус: вы хозяин, а они ниже, как дети, и вы помогаете им или учите.

Никогда не братайтесь с ними как с равными. Никогда не принимайте их как социально равных себе, иначе они вас уничтожат».

Доктор Альберт Швейцер, лауреат Нобелевской премии мира за 1952 год.

Цитата из его труда «Из моего африканского блокнота», 1961 год.

Лозизмы


  • Что так далеко от меня сели? Чтоб я шёпотом?

  • С моей кандидатской работы 25 лет прошло - юбилей!

  • Я при написании работы не хотел лизнуть Андропова.

  • Вам тут могут доставить книгу хоть из библиотеки Папы Римского!

  • Мужчин-производителей на Дальнем Востоке нет.

  • Ниссан-Микро - это машина-козявка дамская. В нём два жлоба сидели.

  • Сидят те, кто украл булочку. А кто украл железную дорогу живут и процветают.

  • Показывают по телевидению невероятную школу в деревне Гадюкино.

  • Пока великие квасят, мы в Завидово в пределах разумного сидим у камина.

  • Хасбулатов, не стесняясь, въехал в двухэтажную квартиру Брежнева.

  • На дорогу Москва-Питер столько потратили, что её можно было построить из чистого золота.

  • Я моряка не мог не пригласить за стол.

  • Не успеете вы выйти - как к вам приедут.

  • В Гайд-парке висит почтовый ящик: можешь с ним поразговаривать.

  • Фанаты "Спартака" и "ЦСКА" устраивают потасовки как кулачные бои до революции.

  • Некоторые фирмы Никиты Михалкова...То есть фильмы...

  • Кто по диамату - это глыбы! (диамат - диалектический материализм)

  • На дверь повесить что ли "Не входи, убьёт!"...

  • Икорно-балыковый удар, от которого содрогнулись стены.

  • Некоторые члены совета так "готовились" к защите диссертации, что не доползли до аудитории. Ещё им раздавали конверты - от такой защиты никто не отказался.

  • Полковника посадили на лошадь задом-наперёд и повезли по Тверской.

  • Произошла накладка: пришёл один Лоза.

  • Сильные лицом в десерт, а слабые в салат.

  • Боярская свадьба, а не банкет был!

  • Предсказуемо тайно проголосовали.

  • Вся гостиная, все кресла завалены диссертациями.

  • На встрече с президентом были патриарх, муфтий, шляпы раввинов и все дела.

В некотором царстве....Часть 3

Следующей проблемой, за которую взялся Роман, был вопрос образования. Система пребывала в, мягко говоря, запутанном состоянии. Для поступления в университет требовались официальные бумаги и свидетельства, которые выдавали далеко не все гимназии и училища, которых, к тому же, просто физически было мало. Надо было расширить сеть средних и специальных учебных заведений. С военными училищами проблем не было, поэтому власть сконцентрировалась именно на гражданской сфере.

Были предприняты меры для унификации образовательного процесса. Все гражданские учебные заведения были разделены на начальные школы, училища и гимназии. Окончания гимназии давало право поступления в высшие учебные заведения империи, а выпускник училища мог затем направиться лишь в богемские и моравские университеты. Роман не желал распылять ценные кадры, на которых были затрачены бюджетные ресурсы. В из-торической перспективе такая политика имела прекрасный эффект: тысячи образованных юношей и девушек нашли своё место в чешской экономике, особенно к началу двадцатого века. Большая часть высококвалифицированных инженеров, университетских профессоров, педагогов, врачей остались на родной земле. До этого имело место банальная утечка мозгов, обострившаяся после революционной бури 1848-49 годов.  

Кстати, те судьбоносные события серьёзно отразились на общем научном дискурсе. Богемия стала своеобразной цитаделью из-тории и пейсательства. Расцвёл феномен поцреотизма и уклон ымперства. Крен на вокабуляризацию познавательной активности провозглашался с университетских кафедр. Профессура, размахивая руками, радовала общественность научными изысканиями, так как частенько бралась за перо. Поговоркой пражских интеллигентов стала: «Пивка для рывка!». Деятели науки издавали труды, где обосновывали ымперское предназначения Богемии и Моравии как уникального государственного образования в срединной Европе. Реакция Вены была неодобрительной. Регулярно в чешские гимназии и университеты приезжали ревизоры, но их просто валила словесная буря и жизнерадостная жестикуляция местных кадров. Ничто не помогало, и, в конце концов, кайзер махнул рукой на богемский колорит, ибо уже тогда центральные власти осознавали неестественность такой коммунальной квартиры народов как Астро-Венгрия. Пусть резвятся, что тут плохого.

Несколько слов о пейсательстве. В будущем оно стало подлинным культурологическим феноменом. А тогда это было лишь младенчески юным движением литераторов, не равнодушных к судьбе богемской культуры. Они без устали публиковали свои произведения. Этому способствовало следующее. При Романе пышным цветом расцвела пресса, так как наместник выторговал у Вены преференции в ослаблении цензуры. Естественно, в этом помогла еврейская община. Эти обладатели неуёмных ручонок, помимо всего прочего, являлись лоббистами договорного государства. Но мудрый Роман пресёк это размахивание. Данный концепт не был официально признан и остался уделом бубнящих ворчунов. Поэтому, поле безопасной деятельности для пейсателей было благополучно расчищено. По большей части, пейсатели получили высшее из-торическое образование. Их волновало множество проблем. Целое поколение занялось интеллектуальными упражнениями, достигнув огромных успехов. Уже к началу Мировой войны, убелённые сединами пейсатели давали корреспондентам интервью, выступали в роли экспертов и консультантов, преподавали в гимназиях и университетах, произносили пафосные речи для призывников. Что ж, это было поколение старой закалки – романовской. Им посчастливилось жить в прекрасное время.

Надо сказать, что, по правде говоря, не все пейсатели были ымперцами, но поцреотами уж точно! Дело обстояло следующим образом. Как правило, ымперцы заканчивали венские или будапештские учебные заведения, где их насыщали мыслями о великой империи Габсбургов, её пафосном предназначении, нерушимости и священности. Далее, эти товарисчи получали распределения или сами находили тёплые местечки в разных городах и землях. Там они, в местных собраниях, газетах и журналах, продолжали излагать свои взгляды, зачастую наталкиваясь на глухое неодобрение. Но это не могло поколебать их. Свои позиции считались прочными и правильными, остальные же – так себе недоразумениями. Кстати, большинство ымперцев считало себя специалистами по несуществующим государствам. Например, только за 1870-1875 года в Венском университете было защищено двадцать три диссертации на тему Польши, а за период 1875-1880 годов – уже сорок восемь! Прогресс был налицо. Хотя, прогресс с точки зрения самих ымперцев. С ними яростно дискутировали марксисты, отстаивая право народов на самоопределение. Они видели будущую Великую Польшу от можа до можа. Но ымперцы и слышать ничего не хотели о том, чего не существует. Так и жили бок о бок два непримиримых лагеря.

Но вскоре ко всем постепенно стало приходить осознание того, что нужен консенсус для упрочения позиций богемской науки. И лейтмотивом этих примирительных действия стала вокабуляризация. Она шла в русле раз-вития и представляла из себя процесс расширения познавательной активности. Пейсатели и ымперцы стали внимательнее относится друг к другу. Всё чаще стали звучать призывы плодотворно сотрудничать во имя великого дела. На общих собраниях все жали друг другу руки и плавно поднимались в воздух. Итак, в результате вокабуляризации появились летающие люди – уникальное явление в культурной жизни Чехии конца 19 века. На них стоит остановиться подробнее.

Браки у евреев: эндогамия

Видный немецкий учёный в области антропологии Ганс Гюнтер, исследуя различные формы вступления в брак, писал следующее.

Эндогамия обязывает людей группы племени заключать браки только в рамках своей группы. Таким образом, возможны только браки с лицами другого пола в рамках определенного круга людей – рода, подгруппы племени, касты, сословия, единоверцев, людей одной профессии и т.д. Очень частая форма эндогамии запрещает браки с людьми внешнего круга, разрешает браки с людьми среднего круга и опять-таки запрещает браки с людьми самого внутреннего круга.
<>

У евреев эндогамия возникла по религиозным причинам со времен Ездры и Неемии. Браки с нееврейками были запрещены из страха, что они могут отдалить детей от веры в Яхве. Таким образом, эти законы Ездры и Неемии не имели под собой расовой основы, так как браки, против которых они были направлены, были браками с представительницами соседних, расово родственных евреям народов. Однако тенденция к эндогамии с намерением защиты от чужой веры и чужих расовых задатков прослеживается в истории евреев со времени их вторжения в Палестину около 1400 г. до н.э. В Средние века постепенно образовалась эндогамия христианских народов, исключающая евреев, причем упор делался не на расовой чуждости евреев, о которой в странах Восточного Средиземноморья не могло быть и речи, а на их иноверие: крещеные евре становились своими. Эндогамия обеих групп существовала в Германии до конца XVIII века. Гёте 23 сентября 1823 г. выразил возмущение тем, что в Веймарском государстве церковь благословляет смешанные немецко-еврейские браки.

Ганс Ф.К. Гюнтер Родоведение. Наука о семье. Перевод с нем. А.М. Иванова, под ред. В.Б. Авдеева. – М.: Белые альвы, 2011. – С. 20-21

Самонадеянный разум...

Приспосабливаясь к научным пристрастиям эпохи и воцарившемуся в обществе культу позитивного знания, рассказ с привидением ревниво оберегал свою территорию от насмешек самонадеянного разума, от его претензий объяснить с помощью аналитического препарирования все тайны бытия и тем самым навсегда покончить с вековыми предрассудками и суевериями. Реакцию на такого рода претензии хорошо передает монолог ученого-отшельника из рассказа Амелии Б. Эдвардс "Карета-призрак" (Amelia B. Edwards, 1831-1892; The fantom coach, 1864). Монолог героя можно воспринять как пылкую речь в защиту рассказа с привидением – жанра, коему сама писательница заплатила весьма щедрую дань.

- Люди, - утверждал он, - все менее склонны верить во что-либо выходящее за пределы доступной им очень узкой сферы понятий, и ученые поощряют эту гибельную тенденцию. Они называют баснями все, что не поддается экспериментальному исследованию. Все, что нельзя изучить в лаборатории или на анатомическом столе, они отвергают как фальшивку. С каким другим суеверием они воевали так долго и ожесточенно, как с верой в привидения? И в то же время какое другое суеверие так прочно и надолго укоренилось в умах людей? Укажите мне, какой всеми признанный факт из области физики, истории, археологии подтвержден столь многочисленными и разнообразными свидетельствами? И этот феномен, известный людям всех рас, во все исторические периоды, во всех уголках земли, всем, от знаменитых мудрецов древности до самых примитивных дикарей, живущих в наши дни, христианам, язычникам, материалистам, - современные философы называют детскими сказками. Самые обстоятельные свидетельства у них на чаше весов превращаются в пух. Сопоставление причин и следствий, прием, используемый в физике, отвергается при этом как не заслуживающий внимания. Показания надежных свидетелей, которые при судебном разбирательстве рассматриваются как решающий аргумент, здесь ничего не стоят. Человека, который думает, прежде чем произнести хоть одно слово, называют пустым болтуном. Человека, который верит, причисляют к разряду мечтателей или глупцов.

Амелия Б. Эдвардс  Карета-призрак  / Пер. Л. Бриловой // Карета-призрак: Английские рассказы о привидениях. СПб.: Азбука-классика, 2007. – С. 26-27.

Э.А. Фримен о расе и языке


Эдвард Аугустус Фримен, Edward Augustus Freeman (1823-1892) снискал себе титул первого официального историка Англии времен расцвета викторианской эпохи. В плане рассмотрения темы расологии следует остановиться на его известной работе «Раса и язык» (1879), ибо основные ее положения не устарели до сих пор, так как направлены на устранение понятийной путаницы там, где в процессе анализа ученый бывает вынужден употреблять термины как из естественных, так и из гуманитарных наук. Ученый полагал, что расовая теория – это синтетическая концепция, однако нисколько не нарушающая правил тех наук, которые в нее входят. У каждой дисциплины свой круг задач и свои возможности, которые необходимо решить для максимального прояснения роли расовой проблемы в истории.

Осветим некоторые мысли автора, изложенные в вышеуказанном труде. Исследователь отмечал, что религиозные и чисто национальные симпатии – чувства более простые, не нуждающиеся в глубоких знаниях или специальной теории. У христиан вызвало возмущение занятие Иерусалима мусульманами, у мусульман – его занятие христианами, один и тот же дух побуждал Англию поддерживать во Франции гугенотов, а Испанию – сторонников Лиги. Эти мотивы лежат на поверхности, равно как и естественное стремление к более тесному союзу германцев и итальянцев, разделенных исключительно династическими междоусобицами людей, во всем остальном бывших их соотечественниками. <…>


Collapse )