judepinguin

Categories:

Дачные записки. Часть 4

30.08.2020 вс, нефть 45$, доллар 73,80, евро 87,83.

Поперёк основной линии садовых участков протекает, изредка поворачивая сквозь хвойный покров, речка Нахабинка. Между нашим и соседним участком получилась эдакая нейтральная полоса, заросшая непроходимым почти бурьяном, шириной не менее 25 метров. Прямо за калиткой, обращённой в лес, видны бугры, составляющие крутые берега речушки: видимо, давно ещё её углубляли или расширяли, чтобы вода не застаивалась и текла. Если посмотреть в подробный атлас Подмосковья, и тем более на спутниковые снимки здешних мест, можно лицезреть факт того, что Нахабинка, плутая по лесу в сторону юго-запада, в конце концов впадает в речку Нахавню у деревни Раёво. Последняя же течёт с юга на север, неся свои немногочисленные воды в Москва-реку у села Введенское.

Напротив нашей стороны идёт параллельно другая полоса дач, а сосед – сторож – когда-то поссорился со своими соседями, поставив забор и соорудив ещё один дом на противоположном берегу Нахабинки. Возле трубы, специально проложенной для течения речной воды поперёк дороги между участками, всегда с одной стороны есть небольшой слой тины, а уж на другом конце трубы вода вытекает более бурно что ли. 

Начало речки, судя по всему, - в пруду, вокруг которого раскинулось садовое товарищество, прозванное в народе «генеральскими дачами», там отец видел хоккейного тренера Виктора Тихонова. Это совсем рядом со старой окружной дорогой, в простонародье «бетонкой», а официально – шоссе А-107, прямо у посёлка Хлюпино. В том же месте шоссе пересекает железнодорожная ветка Голицыно – Звенигород. Домик путевого служащего на переезде – не просто безликая будка, а украшенное деревянной резьбой строение, вокруг которого разбиты клумбы в вечных для наших краёв автопокрышках. Даже стоящий в отдалении нужник – и то выглядит диковинно: в форме ромба, если смотреть спереди.

В паре километрах позади Хлюпино, в стоящем с 1950-х годов садовом товариществе «Эскалаторщик» по сию пору – бабушкина дача. Приобрела её мамина тётя в 1980-е у бывшего инженера Московского метрополитена. Она, впрочем, и сама отработала в этой организации не один десяток лет, дослужившись до начальника отдела социального развития, в компетенцию которого входили такие приятные для советского человека явления действительности, как дачи, санаторно-курортные путёвки, пионерлагеря, автомобили и прочее. Казалось бы, должность хлебная, но бабушка отличалась на посту большим бескорыстием, ведь и зарплата уж совсем нищенской не была.

В общем, и само это садовое товарищество, существующее более 60 лет, изначально строилось как раз для работников столичного метро. Бывший хозяин участка был мужик хозяйственный, запасливый. Видимо, многие материалы, так сказать, с рабочего места пустил он в дело. Например, поручни лестницы в главном доме – из старых вагонов метро. Для такого сооружения, кстати, очень подошли и удобны спустя столько лет. А вот часть садовых дорожек – это нечто уникальное, я такого никогда ни до, ни после не видел. 

В качестве покрытия рачительный хозяин использовал резиновые поручни от эскалаторов. Да, те самые, за которые ежедневно машинально берутся миллионы пассажиров. По сути, такие поручни – это кусок толстой, прошитой резины, но не очень уж и твёрдой, если сравнить с хоккейной шайбой. Эти куски эластичны, а под ними водилось много червей. Приподнял перед рыбалкой – и наживка под ногами. Однако у таких дорожек есть и недостаток: после дождя по ним лучше передвигаться без резких движений, особенно, если на вас надета резиновая обувь.

Теплица на бабушкином участке, многочисленные грядки, кусты смородины и крыжовника, яблони и сливы с вишнями, - годами давали прекрасный урожай, а клумбы одаривали ароматами пионов и фуксий. Увы, время неумолимо: многих членов семьи, соседей по дачам, старых бабушкиных друзей уже нет с нами. Теперь и она почти не выходит из квартиры, а когда-то, почти до 2011 года, каждый летний сезон был полон разного рода событиями. Да и варенье, равно как и запасы помидоров-огурцов больше в семье никто не закатывает. 

Помню, как каждый раз, чуть ли не торжественно, мне позволяли принимать участие в открытии кочергой крышки подвала в небольшом «зимнем» домике (там половину помещения занимает каменная печь). Затем я брал лампу на длинном проводе, осторожно спускался вниз по скользким металлическим ступеням и попадал в окружение десятков банок разного содержания и калибра. Аккуратно вытаскивая поштучно их наружу, передавал старшим, и затем мы долго ещё наслаждались дарами природы.

В небольшом умывальнике, что и сейчас стоит у домика, и тяжеленной задней калитки, кстати, пол тоже выстлан теми резиновыми поручнями. Это, по сути, небольшой навес со стенками, крышей, столиком, полками для посуды, лампочкой, в стеклянной колбе для которой всегда была горстка истлевших насекомых. В таком же виде была и лампа над столом, закреплённая на крыше навеса, покоящегося на четырёх, не совсем симметрично расположенных опорах. Сама столешница водружена на металлический столик от знаменитой швейной машинки «Зингер». Там, правда, нет педали, которой и приводился в действие тот агрегат. Две скамьи по краям стола были по сути широкими досками, приколоченными каждая на два врытых в землю брёвнышка. На моей памяти эти брёвнышки пару раз сгнивали и ломались под тяжестью сидевших.

На застольях бывало даже и тесновато, хоть из домов и приносили стулья с табуретками. Гости плотно сидели на лавках, а несметные осы ползали по яствам, и их постоянно приходилось гонять. Когда-то у ворот в садовое товарищество стоял металлический ларёк, где торговали и спиртным, благодаря чему в 90-е можно было сходить недалеко за добавкой, а так до ближайшего магазина или аптеки и сейчас почти два километра. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your IP address will be recorded